«Северсталь» потратит 15,6 млн евро не на банальную «автоматизацию», а на коренную перестройку всей культуры огромного холдинга.

Решение «Северстали» потратить на создание комплексной системы автоматизации 15,6 млн евро стало одним из наиболее масштабных событий уходящего года в проектном сегменте российского рынка ИТ. Заказчик крупный и, что называется, пафосный. Сумма сделки впечатляет. Некоторые мои знакомые продавцы ИТ-решений с легкой завистью пытались даже подсчитать сумму бонусов, которую получат причастные к контракту менеджеры SAP (решения и экспертиза именно этого вендора лягут в основу развертываемой ERP-системы). Учитывая ранг сделки, презентацию проекта почтил личным присутствием Лео Апотекер, генеральный директор SAP AG. Меня же больше всего заинтриговал тот в высшей степени искренний интерес, с которым о предстоящих реформах рассказывал глава «Северстали» Алексей Мордашов.

Возможно, на рынке и правда настали другие времена. А может быть, сам я в последнее время не слишком часто посещал мероприятия, связанные с запуском масштабных работ по внедрению ИТ, и как-то упустил появление новых интонаций. Так или иначе, интонации эти — прежде незнакомые, а теперь вот прозвучавшие в выступлении Мордашова — настроили меня на весьма оптимистический лад. От скучных, зачитываемых первыми лицами компаний-заказчиков по бумажке речей о пользе и необходимости автоматизации все мы давно устали. Речи эти всегда были очень правильными по форме.

Меня же все время подмывало вскочить и громко, на весь зал заорать: «Не верю!» Громко. Так, чтобы лопнули дурацкие воздушные шары — а может быть, и надутые спикеры. Нет, большие люди, возглавляющие большие компании, говорили всегда верные, стократ отшлифованные пресс-службами слова. Звучали набившие уже оскомину тезисы и о прозрачности, и об эффективности, и о повышении операционных результатов. И все-таки создавалось ощущение, что все это — вранье. Что никакой прозрачности никто не хочет. Что эффективностью акционеры и так довольны. И что влияние ИТ на результаты — факт все еще не проверенный. Просто — так полагается. Так надо. Так принято.

А вот слушая Алексея Мордашова, который в ходе представления проекта несколько раз перехватывал слово у своих помощников и брался лично трактовать ожидания компании, я тоже был готов вскочить и громко крикнуть: «Верю!» И крикнул бы, если бы не строгая атмосфера офиса металлургического гиганта.

Заняв стратегическую позицию за крепкими спинами телевизионных операторов, я оказался ровно напротив Мордашова и имел возможность внимательно следить за его глазами во время всей пресс-конференции, не смущая при этом топ-менеджера излишним вниманием. Так вот, глаза Мордашова излучали не только готовность преодолеть любые сложности, связанные с построением информационной системы. И не только веру в информационные технологии — один из главных инструментов затеянной в «Северстали» перестройки. В глазах Мордашова можно было разглядеть еще и образ будущей компании. Такой, какой она может стать уже через пару лет, когда завершатся основные работы по внедрению ERP-системы.

«Северсталь» пытается заработать больше денег? Да. Причем старается сделать это, одновременно снижая непродуктивные издержки и наращивая лояльность потребителей своей продукции.

«Северсталь» хочет научиться работать по-новому? Естественно! Мордашов открыто говорит, что без современных средств автоматизации бизнеса невозможно изменить далеко не лучшие подходы людей к работе — подходы, унаследованные из нашего «вчера».

Все эти задачи для Мордашова являются очень важными. «Проект внедрения ERP, — говорит он, — позволит компании „Северсталь“ пересмотреть и повысить эффективность ключевых процессов, от производства, закупок и продаж до администрирования и управления компанией. С его помощью мы свяжем воедино основные процессы в дивизионах и на предприятиях „Северстали“, ускорим процесс закрытия финансовой отчетности, сократим издержки за счет централизации и автоматизации ряда процессов, добьемся значительного повышения операционной эффективности нашей компании, осуществим культурную трансформацию».

Это, так сказать, официально. Но куда важнее то, как топ-менеджер формулирует задачу на высшем уровне абстракции. Комментируя проект, Мордашов несколько раз повторил слово «культура». Главная задача внедрения, на которое отпущено рекордно малое время (кстати, Мордашов уверяет, что короткие сроки «в известной мере снижают риск провала»), состоит не в достижении частных эффектов, а в коренной перестройке культуры «Северстали» в целом — от культуры технологической и управленческой до культуры общения с потребителями, поставщиками и партнерами.

В общем, по системе Станиславского с политической волей у «Северстали» все хорошо. Изменится ли культура компании? Об этом Мордашов обещал рассказать через пару лет. Давайте все вместе постараемся не забыть. И спросим.