Также построение функциональной модели должно давать представление о взаимосвязях между структурными подразделениями этого аппарата и схеме их взаимодействий.

Несколько иной подход использует исследователь Н. Мур (N. Moore), предлагая рассматривать существующие проблемы на основе построения матрицы информационной политики. В этой матрице по горизонтали располагаются цели информационной политики, формируемые в зависимости от потребностей различных отраслей экономики, отдельных организаций и общества в целом, а по вертикали — элементы, оказывающие влияние на достижение этих целей, а именно: информационная технология, информационные рынки, информационная техника, людские ресурсы, законы и постановления, регулирующие информационную политику (см. [10], с. 62–77). Такую схему можно переложить на особенности реализации информационной политики в военной сфере.

Похожая модель разработана рабочей группой американской правительственной администрации. Она предложила единую интегрированную архитектуру правительства (FEA — Federal Enterprise Architecture), включающую такие основные компоненты, как эталонная модель производительности, эталонная модель функций, эталонная модель сервисных компонент, эталонная модель данных, эталонная модель технологий. Эти модели являются, по сути, определенными руководствами, которые обеспечивают общие архитектурные принципы при реализации межведомственных проектов и создают для всех государственных организаций единую методологию при разработке собственных архитектур информационных технологий. Помимо самих эталонных моделей разрабатываются необходимые подробные методики по их практическому применению.

Согласно разработанной стратегии основные результаты реализации этих инициатив распределились по четырем, теперь уже общепринятым, категориям [Термин «категория» употреблен в первоисточнике. Автор в последующем трансформировал его в термины «информационные модули» или «модули взаимодействия»]:

Экстраполируя эту архитектуру на деятельность Минобороны России в реализации ГИП, выделим специфические модули информационного взаимодействия:

В структуре реализации ВИП можно выделить ряд основных специфичных ее составляющих. К ним можем отнести: информационно-техническую составляющую; информационно-правовую составляющую; информационно-политическую составляющую; информационно-экономическую составляющую. Для того чтобы картина со структурой государственной информационной политики в военной сфере и основными модулями ее взаимодействия стала предельно ясна, отобразим ее в табличном виде (см. таблицу).

Построенная нами матрица, во-первых, не лишена субъективизма, во-вторых, несколько огрубляет систему реализации ВИП, но это — недостаток любой описывающей модели. На основе построенной матрицы мы можем охарактеризовать степень вовлеченности главных и центральных органов военного управления в реализацию ВИП. На современном этапе развития социума автору представляется следующая картина реализации государственной информационной политики Минобороны России с ее специфическими проблемами:

Центральный орган, на который в большей степени возложены функции по реализации ВИП, сформирован — это Управление информации и общественных связей Министерства обороны РФ. Законодательная база, регламентирующая его функционирование, также создана [См.: Приказ министра обороны РФ от 19 ноября 2004 г. № 310 «Об утверждении Положения об Управлении информации и общественных связей Министерства обороны Российской Федерации»; Приказ министра обороны РФ от 12 декабря 2005 г. № 555 «Об утверждении Положения об органах информационного обеспечения»]. В таблице четко просматривается, что в реализации собственно политической составляющей ВИП приоритетное место занимает Управление информации и общественных связей Минобороны и аппарат статс-секретаря — заместителя министра обороны РФ. Фактически в структуре Минобороны РФ создан специальный орган, на который Президентом России возложены обязанности по реализации ГИП в сфере обороны. Центральным органом военного управления, предназначенным для реализации Министерством обороны государственной информационной политики в области обороны, в настоящее время является Управление информации и общественных связей (ИОС) Минобороны. Оно обладает исключительным правом на распространение в средствах массовой информации официальных заявлений и сообщений Министерства обороны.

Основными задачами Управления ИОС определены следующие:

Среди многочисленных функций Управления информации и общественных связей Минобороны первой является разработка предложений по формированию государственной информационной политики в области обороны и ее проведению. Конечно же, государственная информационная политика не должна сводиться только к информационно-политической составляющей (см. таблицу). Следует учесть, что ВС отстают по уровню внедрения ИТ в сравнении с другими федеральными ведомствами [Подробнее см.: Шалманов С. CNA: ранкинг ведомств по затратам на ИТ в России; ИТ в органах государственной власти России 2005], а первоосновой ГИП все-таки является внедрение технико-технологической части, которая потом станет основой для развития информационной сферы и системного подхода в реализации военно-информационной политики. В задачах УИОС этого нет, да и вряд ли этому управлению под силу техническая или нормативно-правовая проработка и реализация положений ВИП. Ничего не сказано о программно-математическом обеспечении, а оно играет немаловажную роль. Иными словами, можем выделить следующую особенность: деятельность Минобороны в вопросах реализации военно-информационной политики в большей степени сводится к информационному обеспечению Вооруженных Сил и организации общественных связей.

Насколько эффективно Управление ИОС справляется с функцией информационного обеспечения Вооруженных Сил? В качестве примера проанализируем ситуацию, сложившуюся с подразделением, реализующим функции по формированию и сопровождению информационных ресурсов Министерства обороны, размещенных в Интернете, — редакцией ГИС «Интернет». Если действовать согласно инструкции к приказу [См.: Приказ министра обороны РФ от 20 марта 2006 г. № 120 «Об утверждении Инструкции о порядке подготовки и распространения в глобальной информационной сети Интернет информации о деятельности Вооруженных Сил Российской Федерации»], определяющей порядок подготовки и размещения информации в сети Интернет, то после того как весь цикл регламентирующих шагов будет пройден, информация успеет утратить актуальность. Без сомнения, одно из главных ценностей информации — это оперативность ее отображения. Излишняя централизация сводит на нет все коммуникационные особенности Интернета. Сведение всех нитей управления в одном центре в этом вопросе не только неэффективно, но и отчасти вредно. Возможно, назрела необходимость разрешить главным и центральным управлениям, НИИ, вузам и другим заинтересованным органам военного управления Минобороны РФ создание и размещение своих сайтов. Из вышеотмеченного становится видна следующая проблема — не в полной мере решены вопросы взаимодействия между ЦОВУ при реализации военно-информационной политики.

Еще одна особенность: в Российской Федерации не до конца решены практические вопросы информатизации (информационно-техническая составляющая) Минобороны и Вооруженных Сил. Во многих странах мира подобная проблема либо уже решена, либо находится в стадии практического решения. Обратимся к опыту ФРГ, где эта проблема с успехом разрешается. Одной из целей реформирования бундесвера является единый информационный менеджмент, который должен устранять раздробленность компетенций, связывать компетенции, оптимизировать структуры и процессы и достигать традиционных рыночных инновационных циклов. Центр тяжести реформы лежит в настоящее время в новом устройстве организационных структур информационной техники, для этого в 2000 г. была создана должность ИТ-директора и штаб ИТ в Федеральном министерстве обороны, и тогда впервые были совмещены задачи потребителя и стороны, удовлетворяющей эти потребности. Федеральное ведомство по вопросам информационного менеджмента и информационной техники бундесвера (IT-AMTBW) является федеральным верховным органом внутри администрации бундесвера в сфере вооружения и подчинено в профессиональном, организационном и кадровом отношении ИТ-директору Федерального министерства обороны.

Существенными задачами ИТ-ведомства бундесвера являются: выработка стратегии, концепции, осуществление информационного менеджмента; создание своей архитектуры, обеспечение интероперабельности; ИТ-обеспечение, информационные операции, технологическое развитие, руководство логистикой, материальное обеспечение ИТ; планирование, реализация и менеджмент использования ИТ-проектов; управление нижестоящей сферой IT-AMTBW и управление ИТ-обществом (см. [6], c. 118–121).

Ничего подобного в Минобороны России пока не создано, а ответственность за информатизацию Вооруженных Сил РФ фактически возложена на начальника Управления связи ВС РФ. К примеру, один из наиболее поздних и основных руководящих документов РТОС и АСУ ВС СССР [Руководство по техническому обеспечению связи и автоматизированных систем управления (АСУ) Вооруженных Сил СССР определяет задачи технического обеспечения связи и автоматизированных систем связи] был введен в действие в 1987 г. С тех пор прошло чуть меньше 20 лет (стоит отметить, что предыдущее этому руководство просуществовало всего лишь девять лет). Выходит, в советское время руководство Вооруженных Сил было более заинтересовано в информатизации своей армии!?

Все-таки можно отметить, что подвижки в российской армии есть. В настоящее время планируется оснастить 126 воинских частей доступом в Интернет. Первыми к всемирной сети подключаются флотские и окружные учебные воинские центры. По состоянию на 1 июня 2006 г. функционируют 12 таких интернет-классов [По данным Главного управления воспитательной работы Вооруженных Сил РФ]. Планируется, что на следующем этапе к Интернету будут подключены и другие крупные воинские части (см. [7]).

Не в полной мере пока решены вопросы взаимодействия в информационной сфере между Минобороны РФ и другими федеральными органами исполнительной власти, в частности с силовыми ведомствами — еще одна особенность военно-информационной политики. К примеру, при наведении конституционного порядка в Чеченской Республике (1994–1996 гг.) рассогласованность в единой системе каналов связи приводила к тому, что подразделения различных силовых ведомств иногда вступали в бой друг против друга. Естественно, в высших эшелонах власти предпринимаются усилия по решению этой проблемы. Есть аналогичные примеры взаимодействия в других сферах деятельности. К примеру, Президентом РФ принято решение о формировании единого органа тылового обеспечения и системы закупок унифицированного вооружения и военной техники для всех силовых ведомств. Это позволит снизить экономические и информационного плана издержки, унифицировать вооружение и военную технику. Видимо, и информационное обеспечение военной организации государства должно пойти по пути унификации функций, полномочий, средств, ресурсов и т. п.

Государственная информационная политика, адекватно и динамично отражающая весь комплекс интересов и приоритетов общества в информационной сфере, изменяющихся в процессе его жизнедеятельности, — одна из основополагающих составляющих управления современным государством, во многом определяющая темпы и уровень его развития, а также право занимать достойное место в мировом сообществе (см. [8]). Можем ли мы сделать вывод о том, что интересы и приоритеты в информационной сфере нашим государством сформированы? Отчасти, видимо, да, поскольку в ряде федеральных законов определены приоритетные направления развития информационной сферы, порядок международного информационного обмена, очерчен круг информационных угроз и др. Но вот на уровне федерального органа исполнительной власти — Минобороны — пока отсутствует осмысленная и системная стратегия развития ведомственной информационной сферы.

Какой алгоритм оптимален при реализации положений военно-информационной политики Минобороны РФ? На первом этапе должна быть проработана государственная информационная политика федерального уровня. На следующем этапе параллельно — региональный и ведомственный уровни. Далее — практическая реализация ГИП органами государственной власти в своем сегменте ответственности. Причем должны осуществляться постоянный мониторинг и корректировка положений государственной информационной политики. Такой подход позволит избежать рассогласованности в действиях, произвести выбор интегрируемых технологий различных ведомств, что приведет к последующему формированию единого информационного пространства. Безусловно, исходить нужно от федерального уровня, от того политического заказа, какой определен руководством государства. Автору видится следующая последовательность в реализации военно-информационной политики Минобороны.

Во-первых, необходимо улучшить взаимодействие между ЦОВУ и УИОС, между Минобороны и другими военно-силовыми структурами. Созданное УИОС для осуществления государственной информационной политики в области обороны пока не охватывает все составляющие государственной информационной политики (см. таблицу). Механизма, регламентирующего взаимодействие по вопросу государственной информационной политики с другими центральными органами военного управления, пока еще не выработано. Возможно, необходим механизм координирующего взаимодействия между ЦОВУ, или нужно специально создать для этого новый орган.

Во-вторых, государственная информационная политика должна стать более гибкой в плане адекватного информационного реагирования на политическую ситуацию. А чтобы эта корректировка находила постоянное и адекватное отражение в деятельности заинтересованных ЦОВУ, необходима стратегия и тактика развития информационной сферы общества, государства, армии. Нужны ясные и четкие направления в реализации государственной и военно-информационной политики.

В-третьих, необходимо осуществление постоянного мониторинга военно-информационной сферы. Почему информационной сферы, а не информационной ситуации? Потому что информационная ситуация — это составляющий элемент информационной сферы, а ГИП не сводится лишь к информационно-идеологической работе. Здесь присутствуют и нормативно-правовой фактор, и технический, и экономический. Реальный информационный мониторинг ситуации вокруг Минобороны РФ в настоящее время налаживается. К примеру, постоянно отслеживается динамика изменения количества сообщений и публикаций в средствах массовой коммуникации по приоритетным направлениям военного строительства Вооруженных Сил РФ, подготовленных на основе информации, полученной от ЦОВУ. Именно постоянный мониторинг информационной сферы позволит адекватно реагировать на изменяющуюся ситуацию на информационном поле вокруг Министерства обороны. Такие изменения, безусловно, окажут позитивное влияние на характер всего информационного поля, на отношение общественности к ВС РФ.

В-четвертых, необходим переход от выжидательной позиции в вопросе информационного обеспечения ВС РФ к активной наступательной деятельности в соответствии с линией, проводимой политическим руководством Российского государства.
Следует заметить, что число положительных публикаций и сообщений средств массовой коммуникации о деятельности Министерства обороны в течение 2005 г. неуклонно возрастало (см. диаграмму на рис. 2). Характерно, что неуклонно возрастает общее количество публикаций в средствах массовой информации по таким направлениям, как подготовка войск и оснащение Вооруженных Сил Российской Федерации вооружением и военной техникой. Количественный анализ информационного поля в 2005 г. обнаруживает устойчивую тенденцию роста доли сообщений и публикаций, инициируемых представителями центральных органов военного управления, в общем объеме материалов на военную тематику (в январе эта часть составляла 10,9%, в июне — 18,6%, в декабре этот показатель возрос до 24%).

Подобная динамика свидетельствует о том, что многие руководители ЦОВУ правильно оценили возросшую роль информационной работы в современных условиях и стали более эффективно строить свои взаимоотношения со СМИ. Это позволит повысить имидж армии в глазах общества.

Таким образом, без целенаправленных мер со стороны органов государственной власти и институтов гражданского сообщества эффективное становление и развитие современной информационной политики практически невозможно. Только взаимное сотрудничество между руководством государства, институтами политической системы и элементами гражданского общества позволит динамично и эффективно развивать социальную и информационную сферы общественной жизни.

Литература:

[1] Фуркин Б. А. Информационные технологии в глобальном мире: социально-философский анализ: Автореф. дисс. канд. филос. наук. М., 2005.
[2] Шалманов С. Госрасходы на ИТ выросли в 2,5 раза.
[3] Нисневич Ю. А. Информационная политика России: проблемы и перспективы. М., 1999. С. 54.
[4] Ницевич В. Ф. Военно-информационная политика государства: теория, императивы, приоритеты. М.: Воен. ун-т, 2001.
[5] Базаров Р. Конструктивная композиция//Chief Information Officer — руководитель информационной службы. 2006. № 3 (46).
[6] Stereubel P. Die Schaffung des fцderalen Amtes nach dem informativen Management//Wehr Technik. II/2002.
[7] В армию России, наконец, придет Интернет.
[8] Нисневич Ю. А. Государственная информационная политика России сегодня и завтра/Распределенная конференция «Технологии информационного общества 98 — Россия».
[9] http://www.mil.ru.
[10] Mey J. L., Tamura H. Barriers to communication in a computer age//AI a. soc.: J. of human a. machine intelligence. L., 1992. Vol. 6. № 1.